- Ещё только не хватало детдомовских прикармливать и держать в квартире приличных людей вместе с какими-то пустышками

Елена сидела на своём рюкзаке, пристроившись прямо на земле, и терпеливо ждала, когда женщина, ставшая ей матерью, наконец завершит телефонный разговор. Лена, а именно так все называли Елену, с горечью размышляла о том, что выхода у них практически нет, и это вынуждает её вернуться в тот самый злосчастный дом, где прошло всё её детство. Несколько раз за последние дни она всерьёз подумывала о том, что лучше уж ночевать на улице, чем переступать порог этого места. Однако ради семилетнего Миши, который стал ей родным, она просто обязана была взять себя в руки и переступить через свою гордость.

В лучший период своей жизни Лена усыновила этого мальчика. Но не прошло и двух лет, как вся её благополучная жизнь рухнула в одночасье. Муж ушёл к другой женщине, а сама она по вине этой сладкой парочки лишилась практически всего, что имела.

— Мам, а мы ещё долго будем ждать? — спросил русоволосый худенький мальчик с огромными серыми глазами.

Он называл её мамой с самого первого дня их знакомства, хотя воспитатели в детском доме предупреждали, что Михаил очень упрямый и обычно называет незнакомых людей только дядями и тётями. Но в ней он с первого взгляда признал свою маму. Как же жаль, что она не смогла оправдать надежд этого ребёнка и подарить ему нормальную, спокойную жизнь.

— Ещё минут пятнадцать, если пойдём через лес, — вздохнула Лена, убирая телефон в карман куртки.

Она твёрдо решила, что лучше пробираться через чащу, чем пугать ребёнка заброшенным сельским кладбищем, которое виднелось на другой стороне дороги. К тому же в её детстве на том погосте постоянно водились стаи не слишком дружелюбных собак, да и разные сомнительные личности частенько собирались там, чтобы выпить тайком от сторожей.

— А там, в лесу, волки есть? — мальчишка испуганно вытаращил глаза, хотя изо всех сил пытался делать вид, что ему совсем не страшно. Но его буквально трясло от одного только упоминания о диких зверях.

— Да нет, что ты, какие там волки, — попыталась успокоить его Елена. — Да и если что, мы с тобой их самих распугаем, не переживай.

В глубине души она вспомнила, что в детстве ей однажды повстречалась стая голодных волков, но она каким-то чудом осталась тогда жива. Другие животные тоже всегда слушались её безоговорочно. В деревне тогда поговаривали, что всё это из-за того, что её бабка была самой настоящей ведьмой. Их в семье всегда сторонились, недолюбливали, а Лена в детстве никак не могла понять, за что именно. Хотя, судя по тем недобрым взглядам, которые бросали на них соседи, кое-кто был готов даже сжечь их на костре.

Миша начал слегка заикаться от нахлынувшего страха. Лена заметила это и мягко обняла его за плечи:

— Знаешь, у меня есть одна секретная сила. Я тебе, наверное, просто не говорила раньше, но я — самая настоящая волшебница, — Лена решила хоть немного подбодрить его, придумывая на ходу добрую сказку.

— Как это — волшебница? — Миша теперь внимательно прислушивался к каждому её слову, забыв о своей тревоге.

А Елена тем временем выдумывала на ходу совсем другую историю, приятную и тёплую, вместо той, что произошла на самом деле.

Так они и прошли через лес, не заметив, как начало темнеть. Сын даже удивился, насколько быстро они добрались до места. Лена же изо всех сил пыталась скрыть своё внутреннее беспокойство. Как их встретит бабушка после стольких лет молчания? Жива ли она вообще? С тех пор, как пожилая женщина выгнала Елену из дома, они ни разу не общались и не видели друг друга. Теперь бабушке должно было быть лет восемьдесят, не меньше. А может быть, дом уже давно заняли совершенно чужие люди? И даже если она всё ещё каким-то чудом жива, подобрело ли её чёрствое сердце? Не выгонит ли она их с ребёнком обратно на улицу посреди ночи?

— Мам, это что, корова мычит? — городской мальчишка, никогда не слышавший таких звуков, остановился как вкопанный.

— Да нет, это такая птичка, цапля. Она называется выпь. Когда ищет себе пару, вот так и кричит. Не бойся, она далеко, — Лена и сама вздрогнула от неожиданного звука, который раздался совсем рядом.

Она прекрасно помнила, что точно так же кричала выпь в мае много лет назад, в тот самый злосчастный день, когда по её судьбе пошла глубокая трещина, разделившая жизнь на «до» и «после». Лена замолчала, провожая взглядом тень, мелькнувшую между деревьями. А в голову уже врывалось прошлое, которого она так боялась.

Вот оно, прошлое. Её собственная мать родила Лену без мужа, от какого-то случайного мужчины, проезжавшего мимо. От него же осталось лишь отчество — Алексеевна, и больше ничего. Внешне Елена пошла в мать: такая же кудрявая, рыжая, ладная, гибкая, с длинными ногами, что выделяло её среди сверстниц. Мать отказалась от неё почти сразу, уехав в город строить свою судьбу. Лена её почти не помнила, только смутные обрывки воспоминаний. Ей было около пяти лет, когда не очень трезвая женщина, которую она редко видела, сунула ей в руки застиранного матерчатого мишку с одним глазом и сказала: «Я с ним в детстве играла. Не забывай мать и прости меня. Слушайся бабушку». Потом мама всунула ей в руки какую-то записку и попросила передать её Раисе. Она почему-то никогда не называла пожилую женщину мамой, всегда только по имени — Раиса.

[Реклама]

— А ты надолго уезжаешь? — спросила кроха, которой тогда была Лена, чувствуя, как внутри поднимается противный холодок.

— Навсегда, — мать всхлипнула, с трудом сдерживая слёзы, и добавила: — Лучше уж горькая правда, чем сладкая ложь. Потом, когда вырастешь, поймёшь меня.

Затем пришла бабушка и устроила грандиозный скандал. При этом ругала она почему-то не свою дочь, а именно Лену:

— Ещё одна бедолага на мою голову. А потом ведь от них никакой благодарности не дождёшься, только одни проблемы.

Бабушка Рая вообще всегда была мрачной и суровой. Лечила людей травами, гадала на картах — и люди в округе считали, что глаз у неё недобрый. Поговаривали, что бабка схоронила трёх мужей, а всё потому, что якобы водила дружбу с нечистой силой.

Так что жизнь Лены после ухода матери стала ещё хуже, чем раньше. С ней почти никто не общался, да и бабушка особенно не жаловала внучку. Всё время твердила о том, что Лена слишком много ест и вообще очень ленивая. Девочка росла, стараясь вести себя как можно тише, будто маленькое доброе привидение: делала уборку по дому, готовила еду, но бабушка никогда её за это не хвалила. Лена усвоила, что если не ругают — значит, всё сделано правильно.

В школе она училась на одни пятёрки, но бабушку это нисколько не волновало. Та ни разу даже не открыла её дневник, чтобы посмотреть на оценки. А в первый класс Лена пошла вместе с матерью соседского мальчика Димы, который жил через дорогу.

— Странная у тебя бабушка, — как-то сказал белобрысый мальчик с веснушками. — Мне кажется, она тебя совсем не любит.

— Да нас, кажется, вообще тут никто не любит. А от меня одни несчастья. Даже родная мать меня бросила, — захлюпала носом Лена, чувствуя, что Дима оказался добрым и отзывчивым.

Она решила не притворяться с ним, что у неё всё хорошо, а рассказать правду. Ей так отчаянно хотелось найти хоть одного друга, ну или просто того, с кем можно поговорить обо всём на свете, как есть, не боясь осуждения.

Девочка-тень, которая никогда и никому не была нужна, желала только одного — перемолвиться хоть словечком, пусть даже с этим смешным Димой.

— А ты мне очень нравишься. Хочешь, будем сидеть за одной партой? — мальчишка галантно подал ей руку и отдал половину своего школьного букета, который нёс для учительницы.

— Нет, так нельзя, — растерянно пробормотала Лена, глядя на цветы. — У тебя ведь останется нечётное число цветов, так не дарят.

— А вот и нет, смотри, — мальчишка протянул ей одну самую красивую астру, а она почему-то не смогла сдержать слёз.

Кажется, никогда в жизни она не была так счастлива, как в этот самый момент.

У неё наконец появился настоящий, надёжный друг. Уроки давались Диме не очень хорошо, так что Лена помогала ему во всём, чем могла. А он защищал её от насмешников, много раз дрался за неё, не боясь никого. Их так и дразнили — женихом и невестой.

Когда они учились уже в последнем классе, Дима однажды сказал:

— Лен, я тебе уже не друг. Я хочу на тебе жениться. Ты ведь любишь меня, я знаю.

[Реклама]

Она смотрела на симпатичного светловолосого юношу, который превратился в настоящего красавца и при этом оставался довольно серьёзным. Многие девчонки вздыхали по нему тайком. Лена слышала, что он влюблён в самую красивую блондинку из параллельного класса, и поэтому просто старательно изображала, что у них только дружба. Несколько раз она сама порывалась признаться ему в любви, но тут же вспоминала слова бабушки о том, что надо блюсти честь, чтобы не пойти по стопам матери и не родить рано от того, кто на тебе не женится.

Лена была очень порядочной и ни о чём таком даже не помышляла, хотя ухажёров у неё хватало. Яркая, красивая, пусть и немного печальная, она привлекала внимание. Но сама она хотела стать женой единственного любимого человека, но никак не смела признаться ему в своих чувствах. И вот теперь Дима сам заговорил о том, что им нужно пожениться после школы.

Щёки её зарделись от неожиданности. Она спросила, слегка заикаясь:

— А разве твой отец не разбогател? Бабушка сказала, что вы уедете через год, навсегда. Он же у тебя вроде как бизнесмен теперь?

— Ты на что это намекаешь? Думаешь, что я в шутку это сказал? Или что поматрошу тебя и брошу? — у Димы побледнело лицо, а руки начали мелко трястись от обиды.

— Просто я не понимаю. Я ведь не нравлюсь твоим родителям, они меня просто терпят, потому что мы с тобой друзья с детства. Но в качестве твоей будущей жены... Разве я им понравлюсь? Ты их спрашивал? — Лена наконец озвучила то, чего боялась больше всего на свете.

Она готова была бежать за Димой хоть на край света, но его отец и мать смотрели на неё презрительно, считая недостойной партией для своего сына. А сам парень ещё не скоро сможет встать на ноги и быть независимым.

— Слушай меня внимательно, если ты меня любишь и хочешь выйти за меня замуж, то всё остальное не имеет никакого значения. Хочешь, я прямо сегодня у них спрошу, и мы покончим с этим раз и навсегда?

Дима протянул ей скромное обручальное колечко, которое купил на деньги, заработанные лично. Оно было тоненьким, из белого золота, с двумя ажурными сердечками и крошечным фианитом между ними.

— Мне кажется, ты слишком торопишься, — Лена замялась в нерешительности, но всё же надела кольцо на палец.

Вот так всё и началось. Они тогда даже не поцеловались, потому что мимо проходили одноклассники, которые смотрели на них во все глаза. Родители Димы хоть и неохотно, но всё же дали согласие на то, что когда-нибудь Лена войдёт в их семью, хотя оба усиленно вздыхали и перешёптывались о чём-то за её спиной. Лене было очень неприятно чувствовать себя каким-то вариантом, на который соглашаются скрепя сердце. Да и бабушка сурово вещала весь тот год, что до свадьбы — ни-ни. А потом был выпускной.

Они подали заявление в ЗАГС, гуляли у леса, и как раз стоял тёплый май, когда вдалеке снова кричала выпь. А счастье казалось таким головокружительным и нереальным, что Лене становилось даже страшно.

Но Дима уехал смотреть новую квартиру, которую ему подарили родители, а потом не вернулся. Его отец и мать тоже внезапно переехали. На телефон никто не отвечал. А нового адреса Лена, конечно же, не знала.

— Ну что, поняла теперь своё место? То-то же, — зло сказала бабушка, глядя на неё с ледяным спокойствием. — Надеюсь, хоть в подоле никого не принесёшь.

— Принесу, — тихо, но твёрдо сказала Лена, сама не понимая, зачем говорит это.

Вот тут-то и разразился самый страшный скандал в её жизни. Бабушка выгнала её из дома в тот же вечер. Лена переночевала у бывшей одноклассницы, а потом вместе с ней уехала в город, где поступила в медицинское училище, работая при этом санитаркой. Она и сама не знала, зачем так сказала бабушке. Ведь ничего, кроме поцелуев и объятий, между ней и Димой не было. Просто она устала быть правильной, удобной и послушной. Ей отчаянно хотелось, чтобы хоть раз бабушка полюбила её просто за то, что она её внучка, а не за её поведение или успехи.

**Часть 2**

Но всё вышло совсем иначе. Пожилая женщина обрушилась на неё с проклятиями и как бы между прочим сообщила, что её мать давно спилась и умерла уже пять лет назад. И Лене заодно предсказала ещё более худшую судьбу. Может быть, всё бы и обошлось, но Елена, не выдержав такого натиска, впервые в жизни нагрубила бабуле:

— Ты правда ведьма? Настоящая карга, которая сама не живёт и другим не даёт.

— Вот значит как. Ну что ж, иди по стопам своей мамаши и больше не возвращайся. Я тебя не прощу. Продалась за какое-то жалкое колечко. За дешёвку? — бабушка демонстративно вышвырнула украшение в колодец, даже не взглянув на внучку.

Тут Лена быстро подхватила вещи, какие попались под руку, взяла свои документы и навсегда ушла из этого дома, хлопнув дверью.

Судьба у неё действительно не сложилась. Хотя по стопам матери она не пошла и даже сумела стать медсестрой, а потом вышла замуж. Но вот только своих детей у неё не было. Именно поэтому её в итоге и бросил Борис. Его мать быстро нашла ему другую невесту, более молодую и плодовитую. А их с Мишей выгнали из квартиры с унизительной формулировкой: «Ещё только не хватало детдомовских прикармливать и держать в квартире приличных людей вместе с какими-то пустышками».

Бориса она никогда по-настоящему не любила, а вышла за него замуж, потому что он казался ей порядочным и надёжным человеком. Но полный брюнет с румяными щеками оказался обычным маменькиным сыночком, неспособным на самостоятельные решения. Обиднее всего было то, что Лена оказалась слишком доверчивой и наивной в житейских вопросах. Борис и его мать быстро объяснили ей, что она живёт в их квартире с приёмышем, поэтому должна отдавать всю свою зарплату за хозяйство. А сам Борис не давал ни копейки на общие расходы. И она на это глупо согласилась. А лучше бы платила ипотеку за собственное жильё.

И в довершение всех бед она работала вместе с матерью мужа в одной больнице, и та нарочно подставила её. Заявила, что недостача дорогих лекарств происходит исключительно по вине Елены, и так ловко всё провернула, что начальство ей поверило. Эта Людмила Владимировна, настоящая змея, прошептала ей тогда на ухо:

— Откажись от этого детдомовца и будешь жить себе спокойно. Ещё спасибо мне скажешь за хороший совет. Может быть, тогда и обвинения снимут, и мой сын к тебе вернётся и простит. А что вырастет из этого мальчишки — никто не знает. Так что хорошенько подумай.

[Реклама]

Лена, не выдержав такого лицемерия, дала свекрови пощёчину. Нет, она ни за что не променяла бы сына, ставшего ей по-настоящему родным, на жалкий шанс ещё прислуживать в этом благородном семействе. А после пощёчины её, разумеется, выставили вон из дома и с работы. Сбережений у неё было совсем мало. На пару месяцев удалось снять крошечную комнату в общаге на окраине города. Елена надеялась, что главный врач быстро разберётся в ситуации и позовёт её обратно, но расследование затягивалось. Начальник дал ей понять, что лучше ей и вовсе уволиться по собственному желанию, потому что идти против Людмилы он не мог.

— Ты пойми меня правильно. Я тебе верю, честно, но не могу же я идти против самой Людмилы. Ты ведь знаешь, кто её отец. Помирись с ней, извинись как-нибудь, или увольняйся, других вариантов нет.

Лена не знала, кем был дед её мужа, пока не столкнулась с этим лично. Он занимал видную должность в депутатском кресле и курировал в том числе и их больницу. Тогда она решила переждать какое-то время и вспомнила про бабушкин дом, подумав, что, возможно, сама судьба наказывает её именно за то, что когда-то она так грубо нахамила своей бабуле, которая всё же вырастила и выкормила её.

К тому же, как она узнала случайно, в соседней деревне как раз требовался фельдшер. Так что если бы её даже не приняла бабушка, работа на небольшую зарплату с проживанием ей была бы обеспечена. Лена могла бы поехать сразу в служебный дом, но были выходные, и устраиваться на работу можно было только на следующий день. Оставалось лишь надеяться, что бабушка хотя бы пустит их переночевать одну ночь.

«Ну, просто извинюсь перед ней, скажу, что тогда всё придумала от обиды и отчаяния. Не зверь же она в конце концов, всё-таки вырастила меня», — Лена и сама не заметила, как произнесла это вслух, погружённая в свои мысли.

— Мам, а какой же домик у твоей бабушки? — с любопытством спросил Миша, оглядываясь по сторонам.

И только тут она поняла, что они уже пришли.

Ставни с незатейливым резным узором, причудливый флюгер на крыше — всё было на своих местах и даже свежевыкрашено. Елена подошла к двери и несмело постучалась в прошлое, которое, как она надеялась, могло бы стать и её будущим. Ну или хотя бы просто отпустить её, подарив шанс на новую жизнь. Никто не открывал. Тогда она по старой привычке нащупала рукой место для ключа за одним из резных ставней. Ключ всё так же висел на том же месте.

В доме оказалось пусто. Но всё выглядело так, будто покинули его совсем недавно, всего несколько дней назад. Рядом с печкой аккуратно лежали готовые дрова, на кухне нашлись кое-какие крупы и тушёнка. А ещё постельное бельё было разложено ровными стопками на полке. Работало электричество, телевизор стоял на месте. Лене отчаянно хотелось побежать к соседям и всё расспросить, но она решила отложить это до утра. В конце концов, эту ночь им нужно было где-то переночевать. Ну а если дом больше не принадлежит бабушке, то она не хотела узнавать об этом сегодня вечером. Миша слишком устал с дороги, да и у самой глаза слипались от усталости.

А в это время в соседней деревне происходило совсем другое. Дмитрий никак не мог понять, зачем он вообще купил этот старый дом, в котором когда-то жила Лена со своей бабушкой. Эта странная Раиса на старости лет совсем тронулась умом, изображала из себя гадалку и наговорила ему какую-то чушь. При этом даже не узнала его при встрече, хотя, казалось бы, должна была запомнить на всю жизнь.

— Купишь вот этот дом — счастье своё обретёшь, — загадочно произнесла она тогда. — А может быть, и нет. Впрочем, не верь старой женщине.

Она помолчала, будто борясь с собой, и нехотя добавила:

— Да, надо бы тебе купить этот дом, очень надо.

— Вы что же, не помните меня? Я ведь тот самый парень, который на вашей внучке Лене должен был жениться, — он пристально смотрел на непроницаемое лицо пожилой женщины, пытаясь понять, узнала она его или нет.

— Не помню я никого, — равнодушно ответила старуха.

На всякий случай Дмитрий решил выложить всё, как на духу, рассказать то, в чём давно уже собирался покаяться:

— Понимаете, у моего отца внезапно обнаружили тяжёлую болезнь, и нужно было срочно ехать с ним на лечение за границу. А потом нас ещё почти полгода не выпускали обратно, пока оформляли все документы. Ну а когда я наконец вернулся, вы мне сами сказали, что Елены больше нет и что от ребёнка она избавилась. Но у нас же с ней ничего не было! Я тогда подумал, либо вы сошли с ума, либо Лена кого-то другого нашла за это время. Да и соседи ваши подтвердили, что Елена говорила про ребёнка. Вот я и поверил... А отец в итоге ничем серьёзным и не болел, ошибка вышла. Вот так глупо моя жизнь и сложилась.

Дима понимал, что всё это звучит слишком сбивчиво и неубедительно, но какая уже теперь разница, когда столько лет прошло. Пожилая женщина никак не реагировала на его слова и только монотонно повторяла:

— Нужно купить дом, очень нужно.

[Реклама]

— Да зачем он мне вообще сдался? У меня самого жизнь не задалась. В тюрьме пришлось посидеть по глупости. Денег почти нет. Родители мне тогда жену присмотрели из хорошей, благополучной семьи. Ну а эта Инна оказалась настоящей прохиндейкой, обворовала нас всех подчистую и хотела ещё подставить моего отца. В итоге я взял всю её вину на себя, чтобы спасти родителей. Но что мне ещё оставалось делать? Жалко было папу, он всё потерял на старости лет из-за меня, — бормотал Дмитрий, чувствуя, как тяжесть прошлого снова наваливается на плечи.

— Эй, молодой человек, я тут исповеди ничьей не выслушиваю. Ты, похоже, меня с кем-то путаешь. Я — Раиса, гадалка местная. А что, внучка у меня была, да только я её давно не видела. Свою собственную жизнь прогадала и многим вокруг несчастье накаркала. Вот теперь хочу этот дом продать. Хоть одно доброе дело напоследок сделать. Я не жадная, сколько дашь — за столько и бери, — сказала пожилая женщина.

Вид у неё был довольно странноватый и непривычный. Волосы всклокочены, глаза какие-то точно остекленевшие, черты лица заострились, кожа да кости. Правда, стала похожа на настоящую ведьму, какой её когда-то все в округе считали. Да ещё и на картах стала гадать для пущей важности.

— Ладно, я отдам вам всё, что у меня есть. Только, пожалуйста, дайте мне адрес или телефон Лены, — вздохнул Дмитрий, понимая, что это его последний шанс.

— Будет тебе твоя Лена, — Раиса снова посмотрела на него своим невменяемым взглядом. — Завтра с утра приличную сумму приноси.

Так они и ударили по рукам. А потом Дмитрий случайно узнал, что бабушка не видела Лену очень много лет, с того самого дня, как выгнала её из дома.

— И зачем же вы меня обманули, зачем всё это было? — расстроился он, чувствуя, как надежда медленно угасает.

— Сделка уже оформлена, так что живи теперь здесь и радуйся, и больше никогда не совершай своих ошибок, — захихикала Раиса и в тот же день освободила дом, собрав свои немногочисленные пожитки.

Дмитрий решил, что раз больше жить ему всё равно негде, то можно попробовать остаться в этой деревне. Он уехал в город на неделю, чтобы собрать вещи и уладить все свои дела. Бабушка Лены дала ему небольшую скидку на дом, так что у него оставалась небольшая сумма. Как раз должно было хватить, чтобы прожить полгодика скромно, ни в чём себе не отказывая. Он хотел расспросить кого-нибудь из соседей о Лене, да и просто походить по знакомым с детства местам. Когда же он вернулся поздно вечером, то вдруг заметил, что в окнах его нового дома горит свет.

«Похоже, эта сумасшедшая гадалка сидит там и снова раскидывает свои карты. Вот уж действительно повезло, так повезло», — подумал Дмитрий и вздохнул.

Он решил, что ни за что не станет выгонять пожилую женщину, которая явно не дружит с головой. К тому же их роднила общая вина перед Еленой, ведь из-за них обоих она мыкалась неизвестно где и, возможно, очень нуждалась в помощи. Что-то подобное бормотала и сама Раиса. Но когда он спросил её, знает ли она что-то конкретное, бабушка ответила, что сама уже плохо помнит в последнее время, что говорит.

Ему вдруг отчаянно захотелось сесть в машину и уехать обратно, не оглядываясь, но всё же Дима понял — не стоит больше убегать от своей судьбы, сколько бы это ни продолжалось.

— Тёть Раиса, это я, Дима, — сказал он, негромко постучав в дверь.

Внутри послышались чьи-то торопливые шаги. Затем они внезапно замерли, и в доме повисла напряжённая тишина.

— Я захожу, ладно?

Дима решил, что бабуле, возможно, вдруг стало плохо, и осторожно распахнул дверь, которая, как оказалось, даже не была заперта изнутри. Прямо перед ним стояла Елена. Глаза у неё были сонными и затуманенными, она наспех накинула на себя одежду, но всё равно оставалась самой красивой и желанной женщиной на свете.

— Дима? Ты? — она пошатнулась и начала медленно падать, теряя сознание.

Мужчина успел подхватить её на руки, не дав удариться о пол.

— Мама! Мамочка, отпустите её сейчас же! Вы кто такой? Бандит, да? — на шум из соседней комнаты выбежал маленький мальчик, сверкая глазами.

Сердце Дмитрия болезненно сжалось и упало куда-то вниз. «Значит, всё-таки полюбила кого-то за это время, родила от него ребёнка. Но где же тогда этот отец и почему она снова в этом доме, одна, да ещё и в таком состоянии?»

Мальчик испуганно сжал кулаки, но что-то в голосе этого человека — усталая, искренняя интонация — заставило его замереть.

— Не бойся, я свой, я друг твоей мамы, — ответил Дмитрий, стараясь говорить как можно спокойнее, и мальчик поверил ему, интуитивно чувствуя, что этот человек не причинит им вреда.

Счастье пришло в этот дом тихо, без стука, вместе с Димой. Ровно через год Елена и Дмитрий уже жили здесь вместе, будто не было тех долгих лет разлуки и невысказанной боли. Взяли они к себе и бабушку Раису. Оказалось, что идти пожилой женщине было совершенно некуда. Она собиралась поселиться на старом кладбище за лесом и даже построила там себе жалкий шалаш из веток.

— Я и Лене жизнь испортила, и матери её, бедной. Вот так мне и надо, глупой старой вороне, которая только и умела, что каркать на всех, — сказала она с горечью, когда Елена застала её за тем, что бабуля пыталась тайком подбросить им в дом все наличные деньги, которые заплатил за дом Дима.

— Надо как-то расколдовать нашу бабушку, чтобы она снова стала доброй и весёлой, — заявил тогда Миша и первым бросился её обнимать, крепко прижавшись к её морщинистым рукам.

Пожилая женщина не выдержала и расплакалась, и в итоге смогла наконец простить саму себя. Рассказала, что всю свою долгую жизнь боялась и за дочь, и за внучку. Старалась держать всех в строгости, чтобы уберечь от ошибок. Ну и показать им, что жизнь — это совсем не сахар и не стоит рассчитывать на лёгкую долю. А в итоге, кажется, только всё испортила своими страхами и запретами.

[Реклама]

— Не могла я себе простить, что от меня муж ушёл к другой. Я одна воспитывала дочь, потом и внучку, и всё сама, своими силами. Каждый день себя проклинала за то, что не уберегла семью, а в итоге вон что вышло. Причинила столько вреда моей Леночке и её матери. Вся была пропитана этой ненавистью к себе, к своей неудачливой жизни. А люди ко мне приходили только потому, что я умела лечить их травами от болезней, а так бы и вовсе никто не общался. Знаешь, в тот самый день, когда ты тогда пришёл ко мне, я уже хотела уходить, собиралась, а тут вдруг стук в дверь. И тут я поняла: вот он, мой сменный часовой, теперь он будет ждать мою внучку вместо меня, потому что у меня уже нет сил.

— Знаете, я ведь и освободился тогда досрочно из того места, буквально чудом, никто не ожидал. И вот сразу, как вышел, сюда поехал, будто что-то внутри потянуло и не отпускало. Слушайте, но вы же не только лечили людей, вы и на картах гадаете. Узнали же тогда, что Лена обязательно приедет, — сказал Дима.

Он до сих пор был искренне уверен в магических способностях бабули и отчётливо помнил этот её странный, пугающий транс, когда она говорила ему всё, что будет дальше.

— Да не умею я никак гадать, всё это выдумки. Просто вид такой делала, чтобы соседки любопытные не доставали своими пустыми разговорами и сплетнями. С картами-то гораздо удобнее говорить всякую ерунду, чтобы люди приняли тебя за сумасшедшую и поскорее отстали. А муж от меня не просто так ушёл. Он в соседней деревне после этого жил, про меня и не вспоминал никогда. И вот все, кому не лень, мне о нём рассказывали, каждую встречную поперёк. Раны старые бередили, не давали покоя. Хорошо хоть потом переехал куда-то далеко. Хуже горькой редьки было слышать про него, каждое слово как ножом по сердцу, — проворчала пожилая женщина, махнув рукой.

— Ну как же так? Вы же сами тогда сказали: «Купи этот дом, и счастье у тебя будет, и Лена к тебе вернётся». Как же вы не гадаете, если всё точно предсказали? — настойчиво спросил Дмитрий, не желая сдаваться.

— Эх, сынок, просто устала я её ждать, сил моих больше не было. Вот и решила тебя здесь оставить вместо себя, как сторожевого пса. Хотела принять наказание за своё жестокосердие, ну и умереть где-нибудь в голоде и холоде, чтобы искупить вину. Подумала: может, если я наконец приму эти мучения, то Леночке хоть немного легче станет на душе. А оплата за дом — к чему она мне, старой? Я уж так взяла с тебя деньги, только чтобы тебя заманить сюда, чтобы ты не ушёл. А когда пришла сюда их возвращать и услышала её голос из дома, то чуть от счастья прямо на пороге не умерла. Подумала: вот оно, свершилось. Прощение-то ко мне всё же пришло, дожила я наконец до этого светлого дня, — сказала пожилая женщина, и на глазах у неё снова заблестели слёзы.

— Ну а я тогда предсказываю, что у нашего Миши очень скоро появится братик или сестрёнка, вот так, — подмигнул Дима, лукаво улыбнувшись жене.

Мальчишка радостно захлопал в ладоши и засмеялся, а Раиса тихонько смахнула слёзы счастья, которые сами собой покатились по её морщинистым щекам.

— Вот это действительно замечательная новость, — прошептала она, ведь так переживала, что внучка бесплодна и не сможет иметь детей.

Она хоть и привязалась к Мише всей своей душой, но так хотелось дождаться и своих кровных правнуков.

Раиса знала, что бывший муж Елены так и не дождался наследников, а её бывшую свекровь недавно посадили в тюрьму за крупное мошенничество с медикаментами. И в глубине души пожилая женщина тайно надеялась, что её внучка наконец заслужила свою награду за долгие годы мучений и незаслуженную клевету.

— Ну зачем ты сейчас это сказал? Мы же договаривались пока не беспокоить бабушку такими новостями. Да и сыну нашему пока не о чем знать, — покраснев, сказала Лена, пряча смущённый взгляд.

— Я уже не такой маленький и давно всё знаю. Когда люди любят друг друга, у них всегда появляются дети, это всем известно, — с важным видом заявил Миша, гордо вскинув голову.

Удивительным образом счастье и правда пришло в этот дом вместе с его новым хозяином. Дмитрий быстро нашёл приличную работу у своего старого знакомого неподалёку от деревни. И это оказалось очень кстати, ведь он не собирался отпускать свою жену работать медсестрой в соседнюю больницу, да и нужда в деньгах отпала. У дома наконец появился настоящий заботливый хозяин, а у семьи — надёжный глава, и всеми этими качествами был один-единственный человек — Дима. Ну а все остальные просто наслаждались наконец наступившей тихой и спокойной жизнью, которой они так долго ждали.