Любовь под прикрытием

— Девушка, а вы чего плачете?

Ксения вздрогнула от неожиданности и подняла заплаканное лицо. Рядом с ней, у скамейки, притормозил дорогой автомобиль, и через открытое окно на неё смотрел незнакомый мужчина.

— Не ваше дело, — буркнула она, резко отвернувшись и вытирая мокрые щёки.

— А вот тут вы ошибаетесь, — спокойно возразил он. — Очень даже моё. Я просто не могу допустить, чтобы в такой день, как сегодня, красивая девушка грустила.

Ксения нахмурилась и всё же покосилась в его сторону:

— И чем же сегодняшний день такой особенный, по-вашему?

— Тем, что у меня день рождения, — мужчина вышел из машины и присел на край скамейки. — И мне очень хочется, чтобы в этот праздник все вокруг улыбались. Поэтому я официально приглашаю вас на ужин в ресторан. Надеюсь, это немного поднимет вам настроение.

Она тяжело вздохнула и, наконец, как следует разглядела своего собеседника. Ну, во-первых, понятно, что он явно старше её — точно не мальчишка, вроде Артёма. Но почему-то это обстоятельство сейчас показалось ей совсем неважным. Стоило ей вспомнить о парне, как слёзы снова подступили к горлу, и она тихо всхлипнула.

Мужчина, кажется, понял всё по-своему.

— Что, даже не хотите попробовать? Так и решили мне настроение испортить окончательно? 

— Нет, — быстро мотнула головой Ксения.

— Ну, тогда хотя бы имейте в виду: меня зовут Михаил, и мой день рождения можно считать неудавшимся. И всё потому, что одна красивая девушка, имени которой я, кстати, до сих пор не знаю, отказалась составить мне компанию.

Она чуть заметно улыбнулась сквозь слёзы его театральному тону.

— Ксения.

— Ксения? — он сделал вид, что пробует имя на вкус. — Красиво. А можно Ксюша? Или для вас только полный вариант? Редкое имя, кстати. Очень редкое. Так всё-таки, Ксения, что случилось? Почему вы плачете?

Он смотрел на неё с таким искренним участием, что внутри у Ксении будто крошечный огонёк затеплился. Она махнула рукой:

— Да уже... не важно это всё. Спасибо вам, что не прошли мимо.

— Для меня это действительно важно. Не хотите рассказывать — не надо. Но раз вы немного успокоились, может, всё же согласитесь на ужин? Я же ничего не требую взамен, честно. Просто поужинаем. Если ресторан вас смущает, пойдёмте вон в ту кофейню, — Михаил кивнул на вывеску на первом этаже соседнего дома, а потом обернулся и показал на торговый центр: — Или на фудкорт внутри, если захотите чего-то попроще.

А ведь правда, что я теряю? — пронеслось у неё в голове. — Просто кофе, просто разговор. Тем более, я теперь сама по себе, свободный человек. Куда хочу, туда и иду. С кем хочу, с тем и встречаюсь.

— Пойдёмте в кофейню, — решительно кивнула она и поднялась со скамейки.

— Вот и отлично! — обрадовался Михаил так искренне, будто она согласилась на что-то грандиозное. — Вы мне лучший подарок сделали.

Мои родители ждали мальчика, — объясняла Ксения, когда её спутник уже заказал им обоим по чашке кофе и для убедительности целую тарелку разных пирожных — в честь такого дня, как он пошутил. — А когда родилась я, они так и не смогли договориться, как назвать. Папа хотел Клавдией, мама — Серафимой. Вот и получилось что-то среднее, Ксения. Но все меня, конечно, Ксюшей зовут.

Михаил покачал головой с задумчивым видом — то ли кофе ему нравился, то ли история.

— Зато у вас есть что рассказать. А я вот просто Миша. Ну, бываю Михой, Миханей, а друзья иногда Майком зовут. Но все эти прозвища ещё из моей бесшабашной молодости остались. А с тех пор уже почти двадцать лет прошло.

— Ой, точно, — спохватилась Ксения. — У вас же день рождения сегодня! Поздравляю вас! А сколько вам исполнилось? Девушкам, как известно, такой вопрос задавать неприлично, а мужчинам — можно.

— Тридцать четыре, — улыбнулся он. — Но это было в прошлом месяце.

Она удивлённо подняла брови:

— Так вы меня обманули? Зачем?

— Честно говоря, — Михаил развёл руками, — сказал первое, что в голову пришло. Терпеть не могу, когда девушки плачут. Вот и подумал: вдруг вы отвлечётесь, согласитесь поговорить. А оно вон как вышло — сработало же.

— Сработало, — тихо согласилась Ксения и опустила глаза, чтобы он не заметил её улыбку.

Михаил ей определённо нравился. Хотя бы тем, что не побоялся признаться в небольшой лжи. Даже если это был просто необычный способ знакомства — очень даже оригинальный. Ну, посмотрим, как пойдёт, — решила она и спросила:

— А вы чем занимаетесь, Михаил? Если не хотите — не отвечайте, а то опять что-нибудь выдумаете, а потом снова придётся оправдываться.

Он на секунду задумался, а потом хитро прищурился:

— Давайте так: вы рассказываете, почему плакали, а я вам — о своей работе. По рукам?

— Нет, — покачала головой Ксения. — Мы всё-таки не настолько близко знакомы, чтобы я вот так сразу душу перед первым встречным открывала.

— Справедливо, — легко согласился Михаил. — Тогда я тоже пока оставлю интригу. Но у меня ведь есть шанс продолжить наше знакомство? Может, дадите номер телефона или хотя бы разрешите вас до дома проводить?

— А почему нет? — Ксения улыбнулась уже вполне открыто. — И номер продиктую, и проводить разрешу. Только не на вашей машине.

— Чем же мой автомобиль не угодил? — он изобразил искреннее возмущение. — Какие-то претензии к нему?

— Нет, машина у вас красивая, даже, наверное, роскошная. Я в них не разбираюсь, честно говоря. Просто доверяю я вам пока не настолько, чтобы в машину садиться. Если не хотите — не провожайте.

— Ну уж нет! — запротестовал Михаил. — Сам предложил — сам и отвечаю. Тем более, я уже сто лет в общественном транспорте не ездил. С удовольствием прокачусь. Вот только билета у меня нет, а в моём возрасте зайцем ехать как-то не комильфо. Скажите, в автобусах ещё кондукторы есть?

— Нет, — Ксения покачала головой. — Зато контролёры иногда встречаются. Пойдёмте, там на остановке в киоске можно купить билет на одну поездку.

— На две, — поправил её Михаил. — Мне же потом обратно, к машине, как-то добираться.

— Тоже верно, — согласилась она.

У подъезда Ксения позволила ему поцеловать себя в щёку и почувствовала, как её охватывает какая-то щемящая грусть. Вечер, да и весь этот день, закончился так быстро и неожиданно. Хотя начинался он, конечно, совершенно иначе.

С Артёмом они встречались почти два года. Их знакомство случилось в шумной компании общих друзей, когда обоим только исполнилось по двадцать, и Ксения, наивная, сразу поверила: это навсегда. Любовь до гроба, как пишут в книгах. По крайней мере, она именно так и думала. Но сегодня утром, лёжа в его квартире, она поняла, что Артём придерживается совсем другого мнения.

Они позавтракали, и он вдруг начал собираться. Ксения удивилась — она думала провести с ним все выходные.

— Мы куда-то идём? — спросила она, приводя себя в порядок перед зеркалом.

— Да, я к родителям, а ты домой, — Артём подошёл сзади, обнял её за плечи и поцеловал в ухо. После каждой проведённой вместе ночи он был особенно нежным.

— А почему я не могу поехать с тобой? — как можно небрежнее поинтересовалась Ксения.

— Куда? — он удивлённо посмотрел на неё в зеркало. — К моим родителям, что ли? С чего это вдруг? Ах да, я же забыл сказать: мы сегодня прощаемся.

— В смысле? — она даже замерла с расчёской в руке.

— В прямом. У меня вечером самолёт, я улетаю за границу, — Артём говорил это таким тоном, будто сообщал о планах на вечер.

Как можно было такое забыть? — пронеслось в голове Ксении. Для неё это было бы грандиозным событием.

— Надолго? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

За время их отношений Артём пару раз ездил в отпуск с родителями или летал с друзьями. Он особо не распространялся, а она и не допытывалась.

— Если честно, то не знаю точно. Обучение рассчитано на четыре года. Полный курс.

— Четыре года? Обучение? — она в растерянности опустилась на кровать. — А как же я?

— А что ты? — Артём пожал плечами. — Ты остаёшься. Мы же отлично провели эти два года, нам было хорошо вместе. Но сейчас время идти дальше каждому своей дорогой.

— Ты так спокойно об этом говоришь?

— А как надо? Мы же в самом начале договаривались: никаких обязательств. Свободные отношения. Они такими и были. Теперь нас будут разделять тысячи километров. Я не обещаю хранить тебе верность и от тебя этого не требую. Ты свободна, делай что хочешь. Мне было с тобой правда классно. Может, когда вернусь, ещё потусуемся. Но сейчас моя жизнь делает поворот, и мы расстаёмся. Возможно, на четыре года, а может, и навсегда.

Он говорил ещё что-то, но Ксения уже почти не слышала. Собрав вещи, она вышла из квартиры, с трудом сдерживая слёзы. Когда Артём предложил подвезти, она спокойно улыбнулась и отказалась:

— Я на автобусе. Всё, пока.

Она помахала рукой и, завернув за угол, прислонилась к дереву. Плечи её затряслись от беззвучных рыданий. Простояв так несколько минут, она всё же дошла до остановки, но там на неё стали коситься, поэтому она побрела по бульвару подальше от людей. Там, на скамейке, её и заметил Михаил.

За полтора месяца, что пролетели как один миг, отношения с Михаилом закрутились так быстро, что Ксения и опомниться не успела. Раньше она и представить не могла, что её способен увлечь мужчина, который старше на целых двенадцать лет. В глубине души она всегда недоумевала, глядя на подруг, которые встречались с солидными, а иногда и пожилыми мужчинами. Ну о чём с ними разговаривать?

На деле же выяснилось, что с ним можно не только говорить — с ним оказалось удивительно комфортно даже молчать. Когда они устраивались вечером на диване или ехали куда-то в машине, тишина вовсе не давила, а, наоборот, сближала. А уж когда Михаил принимался рассказывать — тут было ещё увлекательнее. Он не только разбирался в молодёжной культуре и свободно владел сленгом, но и умел взглянуть на любую ситуацию через призму своего богатого жизненного опыта.

— Миш, откуда ты столько всего знаешь про субкультуры и все эти современные словечки? — как-то спросила Ксения.

— Работа у меня такая, — усмехнулся он. — Коллектив молодой, все сплошь программисты. Приходится соответствовать, чтобы не выпадать из обоймы.

Ксения знала, что Михаил работает в солидной компании, но в детали не вникала. Из его рассказов она поняла, что там трудится множество программистов, причём многих нанимают по способностям, а не по дипломам.

— Талант деньгами не измеришь, — пояснил он как-то. — Я на способности смотрю, а не на корочки. У меня, между прочим, и девчонки отличные программистки есть. Главное — голова, а не диплом.

Однажды, когда они направлялись за город на пикник, Михаил неожиданно затормозил у стеклянного здания бизнес-центра.

— Подождёшь меня здесь? — он повернулся к ней с виноватой улыбкой. — Надо на работу забежать на пару минут.

— А где твоя работа? — удивилась Ксения.

— Вон видишь вывеску Лидер Консалт? Это мы. Весь третий этаж наш. — Он показал на окна. — Все окна наши. Я мигом.

Чмокнув её в щёку, Михаил скрылся за стеклянными дверями. Ксении отчаянно хотелось заглянуть внутрь, увидеть, где проводит дни её мужчина, но она сдержалась — решила, что время для таких визитов ещё не настало. В конце концов, кем он её представит? Просто знакомой? И, главное, кем бы она сама хотела быть ему представленной?

Сейчас Ксения даже мысленно благодарила Артёма за то, что он так бесцеремонно бросил её. Вместо неопытного мальчика с папиными деньгами рядом оказался взрослый, состоявшийся мужчина — с хорошей машиной, безупречными манерами и явно непростым положением.

Она так увлеклась грёзами об их общем будущем, взлетела в мечтах так высоко, что действительность ударила наотмашь, больно и неожиданно. Всё перечеркнули две яркие полоски на тесте.

До этого дня Ксения даже не задумывалась о задержке. Тест она купила почти машинально — привычка, оставшаяся с времён Артёма. Тогда она каждый раз со страхом ждала результата и с облегчением выдыхала, видя одну полоску. И надо же было двум полоскам появиться именно сейчас, когда всё так хорошо!

Паника сковала горло ледяным обручем. Что теперь делать? Они знакомы с Михаилом всего полтора месяца — срок достаточный, чтобы забеременеть. А вдруг он подумает, что она специально подстроила это, чтобы привязать его к себе? Как доказать, что всё вышло случайно? И тут её бросило в холодный пот: а что, если ребёнок вовсе не от Михаила? Последняя ночь с Артёмом была такой страстной, такой настоящей, как тогда казалось. А теперь, возможно, придётся расплачиваться за те несколько часов удовольствия. В голову лезли дурацкие поговорки про то, что за всё хорошее надо платить. Видимо, настал её черёд.

Вечером, едва Михаил переступил порог, он сразу почувствовал неладное.

— Что случилось, родная? — спросил он, заглядывая ей в глаза. — Почему глаза на мокром месте?

Ксения снова удивилась, какой же он чуткий. Неужели следы слёз так заметны? Она через силу улыбнулась:

— Тебе показалось, Миш. Всё хорошо.

— Нет, не показалось, — он покачал головой. — Я же вижу.

Поняв, что врать бесполезно, Ксения вздохнула:

— Просто настроение дурацкое. Само пройдёт.

— Тогда давай его улучшать, — оживился Михаил. — Предлагаю выпить вина и включить какую-нибудь комедию.

— Нет, не хочется, — поспешно отказалась она, внутренне содрогнувшись при слове вино.

— А что хочешь? — он вопросительно поднял брови.

— Может, просто послушаем музыку, закажем сэндвичи и горячий шоколад? — предложила она.

— Замечательно! — обрадовался он и потянулся за телефоном. — Сейчас позвоню в доставку.

— Не надо, я сама приготовлю, — Ксения решительно поднялась с дивана. — Хочу сегодня сделать это своими руками.

Михаил подошёл и обнял её со спины:

— Какая ты у меня хозяйственная! И красивая невероятно. Мне кажется, с каждым днём ты становишься всё прекраснее. Даже грустная. Хотя весёлая, конечно, нравится больше.

За приготовлением сэндвичей и шоколада время пролетело незаметно. Через полчаса Ксения уже сидела на диване, забравшись с ногами под бок к Михаилу, и грела ладони о кружку с ароматным напитком. Из колонки лился голос любимого певца, и тревога понемногу отпускала, таяла с каждым глотком горячего шоколада.

Утром, проводив Михаила на работу, Ксения сразу же поехала в женскую консультацию.

— Да, беременность подтверждается, — врач посмотрела на неё поверх очков. — Я выпишу направление на анализы.

— А если... — Ксения запнулась. — Если я захочу прервать?

Гинеколог вздохнула, помолчала.

— У вас есть веские причины?

— Я не замужем, не работаю, мне не на что будет растить ребёнка, — выпалила Ксения.

— А отец?

— У него своё дело, — девушка невольно улыбнулась.

— Он женат?

— Нет, мы живём вместе.

Врач развела руками:

— Тогда не вижу проблемы. Вы молодая, здоровая, сам факт беременности говорит о том, что организм готов к материнству. В чём дело?

— Мы... я не говорила ему ещё. Мы не обсуждали это, — призналась Ксения.

— Так пора обсудить. Не вы одна за эту ситуацию отвечаете. Я не дам вам направление на аборт сегодня. Про последствия сами в интернете почитаете, если хотите. Даю вам неделю на размышление. Хорошо, десять дней. Поговорите с партнёром, примите решение — сами или вместе. И приходите. Договорились?

— Да, спасибо, — Ксения кивнула.

Странно, но после этого разговора Ксения почувствовала облегчение. Выходя из поликлиники, она думала: А ведь правда, почему я должна одна решать? Если Михаила что-то не устраивает, пусть скажет прямо. Если он будет настаивать на аборте... Она не договорила мысль, потому что сама не знала, как поступит в этом случае.

Весь вечер она не решалась заговорить. Наконец, когда Михаил поднялся с дивана, собираясь отнести чашки на кухню, Ксения выпалила ему в спину:

— Я сегодня была у врача.

Она увидела, как напряглись его плечи. Он медленно обернулся.

— Ты заболела? Плохо себя чувствуешь?

— Нет, — она покачала головой. — Иногда мне кажется, что слишком хорошо. Необыкновенно хорошо. А к врачу пошла, потому что...

Голос сорвался.

— Потому что? — мягко переспросил он.

— Потому что я беременна, — выдохнула Ксения.

— Беременна? — в его голосе смешались удивление и что-то ещё, что Ксения не смогла распознать.

Она просто кивнула.

— И что сказал врач? — Михаил прочистил горло.

— Срок шесть-семь недель. Сказала, что всё хорошо. И что решать мне — рожать или нет.

Он медленно опустился на диван.

— Ты хочешь услышать моё мнение? — спросил он после паузы. — Если да, то я считаю: конечно, рожать. Тем более шесть-семь недель — это как раз наш с тобой срок. Но, Ксюш, решение за тобой. Я лишь прошу: не торопись. Дай мне подумать до завтрашнего вечера. Хорошо?

— Я и не тороплюсь, — тихо отозвалась она. — Просто хотела, чтобы ты знал.

Ночь прошла в беспокойных метаниях. Ксения ворочалась, вспоминая его реакцию, и никак не могла понять, обнадёжила она её или разочаровала. То её охватывало отчаяние: сейчас он поступит как Артём — просто исчезнет из её жизни. Нет, он не такой, — тут же возражала она себе. — Он ответственный, он не бросит. Просто ему нужно время подумать, он же бизнесмен, привык всё взвешивать. Но внутренний голос ехидно нашёптывал: А с чего ты взяла, что он не такой? Откуда ему знать, что ребёнок точно его? И зачем ты ему сдалась — сначала беременная, потом с младенцем на руках? К утру Ксения измучилась настолько, что приняла решение: пойдёт к врачу и скажет, что будет делать аборт. С этой мыслью она и провалилась в тревожный сон.

Утром Ксения проснулась от того, что в квартире стояла непривычная тишина. Михаил уже уехал, и первая мысль, которая пришла в голову, была горькой: Ну вот, сбежал, даже не попрощался. Но тут же она одёрнула себя: Дура, ты вообще-то в его квартире. Куда он отсюда денется? Накинув халат, она прошла на кухню и увидела на столе аккуратно сложенный листок. Почерк мужа, размашистый и уверенный:

Солнышко, ты так сладко спала, что я не решился тебя будить. Желаю тебе отличного дня. Очень жду вечера, чтобы вернуться домой. Люблю. Миша.

Ксения перечитала записку раза три, и в груди разлилось тепло. Несколько строчек, написанных от руки на клочке бумаги, значили для неё сейчас больше любых подарков. Она решила, что с походом к врачу можно и повременить. Гинеколог дала десять дней — ещё целая неделя впереди. Посмотрим, что скажет Михаил вечером.

Обычно он возвращался около семи, но сегодня стрелка часов перевалила за половину восьмого, а его всё не было. Ксения отправила сообщение в мессенджер — оно не доставилось. Телефон мужа молчал. С каждой минутой тревога нарастала, и девушка уже начала рисовать в воображении самые мрачные картины: сейчас позвонят в дверь какие-то люди и скажут, что квартира чужая, а Михаил им давно не платил. Она сама мысленно усмехнулась абсурдности этой фантазии, но в этот момент в замке повернулся ключ.

Ксения пулей вылетела в коридор и ахнула. На пороге, опустившись на одно колено, стоял Михаил. В одной руке он держал огромный букет цветов, а в другой — раскрытую коробочку с кольцом.

— Выходи за меня замуж, — произнёс он, и голос его чуть дрогнул. — Мы будем вместе растить нашего ребёнка. Ты согласна?

У Ксении перехватило дыхание, слёзы хлынули сами собой, даря не боль, а невероятное, пьянящее счастье. Она молча взяла коробочку, вытащила кольцо и надела его на палец. Потом кивнула, не в силах вымолвить ни слова, и бросилась ему на шею.

— Да положи ты эти цветы! — сквозь смех и слёзы выдохнула она, когда Михаил попытался обнять её двумя руками, но букет мешал.

— Куда положить? — растерялся он.

— Да хоть на пол! Какие сейчас цветы!

Букет пролежал на коврике у двери ещё часа полтора, пока они наконец не вспомнили о нём. Ксения, направляясь в ванную, споткнулась о разбросанные розы и рассмеялась.

— Миша, твой подарок завянет!

— Пусть, — отмахнулся он. — Я тебе ещё куплю. Главное, что ты согласилась.

Благодаря многочисленным знакомствам Михаила, с регистрацией брака не возникло никаких проблем. Уже через неделю сотрудница загса торжественно объявила их мужем и женой. Михаил хотел устроить пышное торжество, но на подготовку требовалось время, а к тому моменту, когда можно было бы назначить свадьбу, положение Ксении стало бы очевидным для всех.

— Я не хочу, — покачала головой Ксения. — Я всегда мечтала быть на свадьбе красивой и воздушной, а не беременной. Это нечестно.

— Хорошо, — неожиданно легко согласился Михаил. — Тогда давай с размахом отметим первую годовщину. К тому времени ты уже родишь и станешь ещё прекраснее. А у нас уже будет малыш, и он тоже сможет поучаствовать в празднике. Как тебе идея?

— Спасибо, родной, — Ксения обняла его. — Ты меня понимаешь лучше всех.

Теперь, когда все формальности были улажены, и она стала Соболевой Ксенией Владимировной, девушка с головой окунулась в подготовку к появлению малыша. Нужно было освободить угол в спальне под детскую кроватку и пеленальный столик с комодом, купить ванночку и коляску-трансформер, а ещё хорошо бы сделать в комнате косметический ремонт, чтобы всё было свежим и чистым. Расходы росли, и Ксения каждый раз смущалась, когда приходилось просить у мужа деньги. Но Михаил только улыбался и говорил, что для любимых жены и будущего сына ему ничего не жалко.

— А с чего ты взял, что будет сын? — смеялась она, когда он, вернувшись с работы, гладил её по животу, который пока ещё почти не выдавался.

— А кто же ещё? — делал он удивлённое лицо. — Хотя, если честно, неважно. Главное, чтобы наш.

— Врач сказал, что пол станет известен только через два месяца, да и то не факт, что удастся разглядеть.

— Ничего, подождём. Правда, малыш? — Михаил наклонился к животу. — Мы потом решим, голубые ленточки на капот машины повязывать или розовые.

В череде домашних хлопот Ксения чуть не упустила важный срок — запись на УЗИ, когда уже можно узнать пол ребёнка. Когда она спохватилась, в регистратуре оставалось последнее окошко — на два часа дня.

— Записывайте на два, — выдохнула она, прикидывая, как успеть.

С утра она собиралась заехать в торговый центр на другом конце города, где был фирменный магазин колясок того самого бренда, который обсуждали все мамочки в интернете. Ксения практически жила в мамских чатах, впитывая информацию как губка, а вечерами вываливала всё новое на Михаила. Он только посмеивался:

— Зачем ты веришь всякой ерунде? Давай жить своим умом. Почему нужно слушать каких-то незнакомых женщин?

— А если я рожу и сама такой же стану? — шутила Ксения.

— Тогда я буду тобой восхищаться и делать всё, чтобы ты оставалась такой же замечательной, — он целовал её, и все сомнения улетучивались.

И всё-таки она решила взглянуть на те самые легендарные коляски. А заодно планировала после УЗИ заехать в магазин светильников — хотелось купить красивый торшер в спальню, чтобы он не мешал спать ребёнку.

Коляски ей категорически не понравились. Возможно, они и были суперудобными, но выглядели несуразно, расцветки оказались унылыми, а цены — запредельными. Нет уж, — думала Ксения, пока такси везло её в клинику. — Я не собираюсь столько переплачивать за бренд. У нас есть коляски красивее и дешевле. Надо будет сказать Михаилу, что он опять прав — не всему, что пишут в интернете, стоит верить.

Такси застряло в пробке, и Ксения с тревогой поглядывала на часы. Секунды ползли убийственно медленно, приближаясь к двум, а до клиники, казалось, ещё ехать и ехать. Но вдруг поток машин тронулся, и через пять минут она уже стояла у ворот медицинского центра. Облегчённо выдохнув, Ксения расплатилась с водителем и вошла в стеклянные двери.

— Здравствуйте, — обратилась она к администратору. — Ксения Соболева, на два часа записана на УЗИ.

Девушка за стойкой с дежурной улыбкой уставилась в монитор.

— Извините, повторите, пожалуйста, фамилию? — попросила она спустя несколько секунд.

— Соболева, Ксения, — повторила та, удивляясь медлительности сотрудницы.

— На два часа? — администратор наморщила лоб. — Странно, у нас нет такой записи на сегодня. Вы когда записывались?

— Вчера.

— Подождите, я сейчас ещё раз проверю, — девушка застучала по клавиатуре.

Ксения начала раздражаться: ну сколько можно? Когда она уже собралась поторопить администратора, та наконец произнесла:

— Ах, вот оно что. Соболева Ксения Владимировна, запись на послезавтра, на два часа дня. Двадцать восьмое число.

— Как на послезавтра? — опешила Ксения. — А я думала, сегодня двадцать шестое.

— У вас в карте именно двадцать восьмое. Вы ничего не переносили?

— Нет.

— Мы без согласия клиента не переносим, все звонки записываются, — пояснила администратор. — Можете сами посмотреть, если хотите, — она развернула монитор.

Ксения махнула рукой:

— Да верю я вам. Просто, видимо, с этими хлопотами всё перепуталось в голове.

— К сожалению, сегодня уже ничего не сделать, все врачи заняты, — развела руками девушка. — Могу поставить вас в лист ожидания, но сколько ждать — неизвестно. В вашем положении можно, конечно, попросить вне очереди, но представляете, сколько пациентов пришло по записи?

— Понимаю, — кивнула Ксения. — Ничего страшного, подожду до послезавтра. Меня ничего не беспокоит, слава богу.

— Спасибо за понимание, — администратор улыбнулась и подвинула к ней вазочку с карамельками. — Угощайтесь.

Ксения взяла пару конфет и направилась к выходу. В голове крутилась мысль: Хорошо, что я не сказала Михаилу про сегодняшнее УЗИ. А то он бы ждал новостей, а тут я с пустыми руками. Посмеялся бы, конечно, но всё равно неловко. А может, раз уж выдалось свободное время, заехать к нему на работу? Скажу, что проезжала мимо. Торшер подождёт.

Она открыла приложение такси и набрала адрес бизнес-центра.

— Лидер Консалт, — сказала она охраннику на входе, пройдя через рамку металлодетектора.

— Направо, лифт, третий этаж, — отозвался тот, не отрываясь от монитора.

Лифт мягко поднял её на нужный этаж. Выйдя, Ксения увидела стеклянные двери с логотипом компании. Сердце забилось чаще: наконец-то она увидит, где работает её муж.

Внутри было современно и стильно. Девушка на ресепшен с приветливой улыбкой подняла голову:

— Здравствуйте, вы к кому?

— К вашему руководителю, — улыбнулась Ксения. — Я его жена.

— К кому? — слегка опешила сотрудница.

— Михаила Соболева.

Девушка на ресепшен подняла брови, но быстро взяла себя в руки. Она сняла трубку, набрала номер и негромко сказала:

— Михаил Александрович, тут к Соболеву Михаилу... жена пришла. Да. Хорошо.

Она положила трубку и поднялась.

— Пойдёмте, я провожу, — кивнула она и направилась в глубь офиса.

Они прошли через большой open-space, где за столами сидели сотрудники — кто-то печатал, кто-то говорил по телефону. В воздухе стоял лёгкий гул, и Ксения почувствовала гордость: столько людей работают в компании её мужа. Секретарша остановилась перед дверью с табличкой: Генеральный директор Лидер Консалт Соболев Владимир Александрович.

— Подождите здесь, пожалуйста, — сказала она, указав на кресла в небольшой приёмной.

Сама она скрылась за дверью. Ксения растерянно опустилась в кресло, пытаясь понять, что происходит. Почему её привели к какому-то Владимиру Александровичу? И где кабинет Михаила? Внутри зашевелилось нехорошее предчувствие.

В это же время, пока Ксения недоумевала в приёмной бизнес-центра, в кабинете генерального директора разворачивался совсем другой разговор.

— Артём, это что такое? — Владимир Александрович вошёл в комнату сына, держа в руках распечатанные листы.

— Что? — не оборачиваясь, отозвался тот, продолжая пялиться в монитор.

— Мне пришла выписка по твоим тратам с карты. Тебя сумма не интересует?

— Пап, ну чего ты начинаешь? — Артём лениво повернулся в кресле. — Мы с друзьями немного посидели, отметили кое-что. Потом надо было загладить вину перед одной знакомой. А это, сам понимаешь, денег стоит.

— Понимаю, — отец говорил спокойно, но в голосе уже чувствовался металл. — Но не таких же. Объясни мне, почему ты считаешь нормальным тратить столько, когда сам ещё ни рубля не заработал?

— Так ты сам говорил: сначала выучись, потом работай, — Артём пожал плечами.

— Я говорил про нормальное образование, которое даст тебе профессию. А тратить деньги ты и без учёбы умеешь. Всё, хватит. Мне надоело. Что бы там мама ни говорила, я отправляю тебя на серьёзную учёбу. Не в тот институт, где ты просто числишься, а в нормальное место.

— Хорошо, — Артём снова уставился в экран, делая вид, что поглощён игрой.

— Артём, — голос отца стал жёстче. — Отвлекись от экрана.

Парень тяжело вздохнул, поставил игру на паузу и развернулся вместе с креслом.

— Чего?

— Встань, когда с тобой отец разговаривает.

Артём нехотя поднялся. При росте под два метра он возвышался над отцом, и тому пришлось отступить на шаг, чтобы смотреть на сына не снизу вверх.

— Я сегодня же попрошу Марину подобрать программы за рубежом. Понял?

— Да, папа, — смиренно кивнул Артём, пряча усмешку.

— И со следующего месяца я перестаю оплачивать твою квартиру. Все счета — только за учёбу.

Артём снова покорно кивнул.

— Договорились. Пойду маме расскажу.

Отец вышел, а парень с облегчением плюхнулся в кресло и вернулся к игре. Его нисколько не беспокоили угрозы: он прекрасно знал, что мать ни за что не отпустит его так далеко. Двадцатилетнего ребёночка. Артём усмехнулся. Хотя, если честно, он бы и сам не прочь уехать — подальше от родительского контроля. Там, за границей, свободы побольше.

Но, как выяснилось, он ошибался. Уже через неделю отец вызвал его в офис для серьёзного разговора.

— Привет, Мариночка! — Артём подмигнул секретарше, подходя к стойке ресепшена. — Батя у себя?

— А как же, ждёт тебя, — улыбнулась девушка. — И не один.

— Да ладно? Кто там с ним?

— Сам увидишь, — загадочно ответила Марина и нажала кнопку селектора. — Владимир Александрович, Артём пришёл.

— Заходи, — раздалось из динамика.

— Проводить? Или дорогу помнишь? — спросила секретарша.

— Найду, — махнул рукой парень.

В кабинете, к его удивлению, кроме отца сидела ещё и мать. Выражение лиц у обоих было такое, что Артём сразу понял: разговор предстоит серьёзный.

— Садись, сын, — кивнул Владимир Александрович. — Мы с мамой всё обсудили и решили, что ты не оставил нам выбора. Ты едешь учиться за границу.

Ого, — пронеслось в голове у Артёма. — Мечты сбываются.

— Но не думай, что это будет курорт, — продолжил отец, заметив его довольную физиономию. — Там строгий режим. Кампус, выход по специальным пропускам. Деньги на жизнь я буду перечислять не тебе, а попечительскому совету, и они уже будут выдавать тебе на расходы. Но много тебе не понадобится: ты будешь на полном обеспечении.

— Понял, — кивнул Артём. Радость поубавилась, но он подумал, что всегда можно найти лазейку. Главное — свалить отсюда, а там разберёмся.

— И ещё, — отец выдержал паузу. — Чтобы ты не успел натворить глупостей до отъезда, билет у тебя на завтрашний вечер. В твоём распоряжении около тридцати часов на сборы. Михаил отвезёт тебя в аэропорт.

— Меня устраивает, — Артём пожал плечами. — А с Ксенией попрощаться можно?

— Можно. Но советую побыстрее, — сухо ответил отец.

Выйдя из кабинета, Артём сразу написал Ксении: Сегодня буду в 22:00. Это означало, что он ждёт её в своей квартире к десяти вечера. Он планировал провести с ней ночь, а утром сообщить, что уезжает. Зачем портить последний вечер слезами и выяснениями?

После того как сын вышел, жена с укоризной посмотрела на Владимира:

— Зачем ты так с ним? Мальчик мог бы и здесь учиться.

— Слушай, сколько можно потакать? — отрезал Владимир Александрович. — Я устал. Ему двадцать два года, здоровый лоб, а он ничего не делает. Его учёба — просто отмазка. Надеюсь, там ему привьют дисциплину и хоть чему-то научат.

— Не ожидала, что ты будешь так жесток с собственным ребёнком.

— С ребёнком? — мужчина усмехнулся. — Ты посмотри на него — он тебя на две головы выше. В его возрасте уже семьи заводят, а он только за компом сидит да с Ксенией развлекается. Ты думала, кому я компанию оставлю? Он её в два счёта просвистит. Пусть сначала поймёт, что в жизни можно, а что нельзя. Всё, решили — баста.

— Это ты решил, а нас просто поставил перед фактом?

— Да, потому что я глава семьи. Я за всех отвечаю. И деньги в семье зарабатываю я, значит, мне и распоряжаться.

— Я так и знала, — женщина встала, — что всё закончится упрёками, что мы живём за твой счёт.

— Во-первых, — крикнул он ей в спину, когда дверь уже закрывалась, — наша семейная жизнь ещё не закончилась. А во-вторых, это не упрёки, а факты.

Владимир тяжело вздохнул и нажал кнопку селектора:

— Марина, свяжись с Михаилом, скажи, чтобы поднялся ко мне. Срочно.

— Хорошо, Владимир Александрович, — отозвалась секретарша.

Откинувшись в кресле, генеральный директор задумался. Его мучили сомнения: правильно ли он всё сделал? Но другого выхода он не видел. Главное — не показывать слабость перед домашними. Иначе они сразу начнут давить, и всё пойдёт прахом. Артёму нужна встряска, чтобы он понял цену деньгам и бизнесу. Предоплата уже внесена, назад дороги нет.

Он углубился в бумаги и почти забыл о разговоре, когда в дверь постучали.

— Войдите, — отозвался Владимир.

В кабинет заглянул Михаил.

— Вызывали?

— А, Миша, привет, заходи. — Хозяин кабинета отложил документы. — Присаживайся. Разговор есть.

Михаил прикрыл за собой дверь, сел напротив. Он с видимым беспокойством ждал, что скажет начальник.

— Тут такое дело, — Владимир Александрович помедлил, подбирая слова. — Я отправляю Артёма учиться в Англию. Завтра отвезёшь его в аэропорт.

— Хорошо, — кивнул Михаил, но в его глазах читалось недоумение: зачем для этого вызывать отдельно?

— Но это не всё. Помнишь, когда я тебя нанимал, мы говорили о твоём опыте работы в силовых структурах? Я тогда сказал, что, возможно, пригодятся твои навыки.

— Помню, — напрягся Михаил. — Что нужно сделать?

— Деликатное дело. Артём уезжает, а у него есть девушка, Ксения. Зная своего сына, я почти уверен, что он поступит с ней непорядочно. Я хочу, чтобы ты за ней присмотрел.

— Присмотреть? — переспросил Михаил.

— Да. Ты ведь знаешь, как она выглядит? Ты не раз наблюдал за ними по моей просьбе.

— Знаю.

— Я, признаться, был не против их отношений, — задумчиво продолжал Владимир. — Ксения, конечно, немного инфантильная, как и все в их возрасте, но девушка приличная, воспитанная. И, кажется, она действительно любит моего балбеса.

Михаил молчал, ожидая конкретных указаний.

— Я переживаю, — вздохнул начальник. — Мой сын как с гуся вода, а с ней что-то может случиться. Если что, я себе не прощу. Не хочу потом с этим жить.

— Так что именно я должен делать? — вернул его к реальности помощник.

— Утром, когда они расстанутся, проследи за ней. Посмотри, куда пойдёт, что будет делать. Если поймёшь, что ей плохо, подойди. Она тебя не знает, так что просто поддержи по-человечески. Как мужчина.

— Понял.

Владимир Александрович посмотрел на помощника: тот выглядел сосредоточенным и ждал дальнейших распоряжений.

— Моя машина в твоём распоряжении, — уже деловым тоном продолжил он. — Постарайся отвлечь её от переживаний, занять чем-нибудь. Первый день — самый трудный, я думаю. Если покажется, что она может наделать глупостей, — подбадривай столько, сколько нужно. Пригласи пообедать, не мне тебя учить.

— А если просто так не получится? — уточнил Михаил.

— Ну, ты парень молодой, сообразишь. Карта у тебя есть? Если не хватит средств, скажи, я добавлю. Вечером отвезёшь Артёма, а потом зайди с отчётом. Решим, что дальше. Эта работа, естественно, оплачивается отдельно, как и в прошлый раз, когда ты следил за этой парочкой в начале их романа.

Ксения нравилась Михаилу. И дело было даже не в красоте — красивых женщин он видел немало. Просто она оказалась совсем не похожа на тех девушек, которые раньше крутились вокруг Артёма. Те, как правило, видели в нём только кошелёк с папиными деньгами, и когда мальчик начинал капризничать или отказывался выполнять их требования, всё заканчивалось скандалами и громкими расставаниями. Ксения же, насколько Михаил успел заметить, действительно была привязана к сыну начальника. Она заботилась о нём по-настоящему: когда Артём болел, бегала в аптеку за лекарствами, таскала с рынка мёд, покупала лимоны и сидела рядом, переживая. Эта искренность подкупала не только Михаила, но, судя по его отчётам, и самого Владимира Александровича, прожжённого бизнесмена, которого, казалось, уже ничем не пронять.

Самому Михаилу в личной жизни не везло. Ни одна из его женщин не проявляла такой заботы и тепла, и он частенько завидовал Артёму, думая: И почему все хорошие девушки влюбляются в таких, как он? — но тут же себя одёргивал, вспоминая предыдущих пассий парня. Ксения была исключением. И сейчас, когда Владимир Александрович поручил присмотреть за ней, Михаил согласился не только из чувства долга. Ему искренне хотелось поддержать девушку, которая, он знал, будет очень переживать из-за расставания. Только бы этот балбес не наобещал ей с три короба перед отъездом, — думал он. — Хотя вряд ли. Артём вообще не из тех, кто привык давать обещания.

— Владимир Александрович, а что мне ей говорить? — спросил Михаил, закончив подробный отчёт о встрече с Ксенией и о том, как отвёз Артёма в аэропорт. — Кем я работаю? Вряд ли она поверит, что я просто водитель.

— Миша, не смеши меня, — усмехнулся начальник. — Ты же знаешь классическую легенду всех таксистов: Это я для души, а на самом деле у меня бизнес. Вот и бери на заметку.

— Обманывать нехорошо, — покачал головой Михаил. — Да и какой у меня бизнес? Она начнёт расспрашивать, а я в этом ничего не понимаю.

— Лидер Консалт, конечно, — Владимир Александрович развёл руками. — Компанию ты знаешь, работаешь в ней с самого основания. На любой вопрос ответишь запросто, побудешь немного на моём месте.

— А если она знает, что Лидер Консалт — это вы? Что вы — отец Артёма?

— Сильно сомневаюсь, — начальник задумался. — Но ты аккуратно прощупай почву. Если поймёшь, что она в курсе, — уйди от ответа на этот раз. Потом вместе придумаем тебе легенду. А если нет — смело ставь себя на моё место. Тем более машина и карточка позволяют. Я с тебя каждый день отчёт спрашивать не буду, но зайди через недельку, обстоятельно поговорим. Может, поможем ей чем — отправим учиться или работу найдём, где она новую любовь встретит и забудет моего балбеса. Он-то о ней забыл, как только в самолёт сел, я уверен.

Михаил был того же мнения, но вслух поддакивать не стал, чтобы не задеть отцовские чувства.

Прошла неделя. За это время Михаил не то чтобы привязался к Ксении — он влюбился. По-настоящему, по-взрослому, как не влюблялся уже много лет. Поэтому в пятницу, заходя в кабинет к начальнику, он чувствовал себя немного не в своей тарелке.

— Ваше поручение, Владимир Александрович, немного вышло из-под контроля, — начал он с ходу.

— Что такое? — насторожился тот. — Случилось что-то?

— В каком-то смысле да. Понимаете, у меня теперь... вроде как серьёзный роман.

— Роман? — брови начальника поползли вверх. — Это ты так её от расставания с Артёмом отвлекал?

— Вы не уточняли, какими методами это делать, — Михаил развёл руками. — Я избрал свои. Она замечательная девушка, честное слово. Я даже не знаю, как так получилось.

— Не знаешь? — усмехнулся Владимир Александрович. — Тебе сколько лет?

— Да не об этом речь. Просто слово за слово, пообедали, на следующий день поужинали, цветы подарил...

— Ну и? — начальник внимательно смотрел на помощника. — Миша, я тебя не узнаю. Что ты мямлишь? Влюбился, что ли?

Михаил глубоко вздохнул и выпалил:

— Да.

Владимир Александрович откинулся в кресле, изучающе глядя на него.

— И что, серьёзно у вас?

— Я хотел сказать, что можно, наверное, уже отпустить девушку, пусть сама ищет свой путь, — Михаил развёл руками. — Но сердцу не прикажешь. И потом, это ведь вы меня попросили за ней присматривать. Получается, вы нас практически свели.

— Вот уж не думал, что меня когда-нибудь сводником назовут, — крякнул генеральный директор. — Кем угодно, но только не этим. — Он помолчал. — Что ж, поздравляю. Надеюсь, на работе это не скажется?

— Только в лучшую сторону, — горячо заверил Михаил.

Тем временем у Артёма начались проблемы с адаптацией. Владимир Александрович проводил часы в разговорах с сыном по телефону, созванивался с руководством учебного заведения, с кураторами. Наконец парень втянулся, стал писать реже, а когда писал — больше хвастался успехами, чем жаловался или просил денег. Отец вздохнул с облегчением: теперь можно заняться бизнесом, а не разруливать бесконечные проблемы отпрыска.

Едва он погрузился в работу, как в дверь заглянул Михаил.

— Можно, Владимир Александрович?

— Миша? Я вроде не вызывал, — удивился начальник.

— Я по собственной инициативе. Личный вопрос.

— А чего утром не спросил, пока ехали?

— Так вы всю дорогу с Лондоном разговаривали, — напомнил Михаил.

— А, точно! — Владимир Александрович хохотнул и погладил себя по лысой голове. — Проели они мне плешь, эти англичане. Зато теперь вроде всё устаканилось. Ну проходи, рассказывай.

— Ксения беременна, — выпалил Михаил без предисловий.

Лицо начальника вытянулось.

— Что?

— Вчера вечером сказала. Ходила к врачу. Беременна.

— От кого? — вырвалось у Владимира Александровича.

Михаил развёл руками:

— Вы уж извините, но я не стал уточнять. Мы с ней встречаемся достаточно давно.

— Понял, понял, — начальник постучал ручкой по столу. — Только всё наладилось — и вот тебе. — Он задумался. — Глупых вопросов задавать не буду, но как нам узнать, кто отец?

— Никак, — твёрдо сказал Михаил. — Владимир Александрович, я люблю её и выяснять ничего не хочу. Для меня это мой ребёнок. Я собираюсь сделать ей предложение и жениться. И ещё... хочу признаться, кто я на самом деле.

— Погоди, не торопись.

— Что значит не торопиться? — Михаил повысил голос. — Девушка беременна, она может невесть что про меня подумать или на аборт решиться. А я этого не хочу.

— Да я не о том. Женись, конечно, совет вам да любовь. А с признанием повремени.

— Зачем?

— Для подстраховки. Представь: узнает она, что ты не владелец бизнеса, а водитель.

— Не простой водитель, а персональный помощник, — поправил Михаил.

— Пусть так. Но Артём-то был сыном богатого папы. И если вдруг окажется, что ребёнок не твой, а мой внук, — я ничего не утверждаю, но вероятность есть, — она подумает: С Артёмом и его семьёй я получу гораздо больше, чем с каким-то водителем. И расстанется с тобой. Начнёт трясти моего балбеса, а он шалопай, ты не забыл? Так что с признанием подождём. После свадьбы обсудим, может, когда ребёнок родится.

— Владимир Александрович, это нечестно.

— Ох, Миша, ты как ребёнок, — вздохнул начальник. — Честно-нечестно. Представь, что работаешь под прикрытием. Там ведь всё враньё, и ничего, выжил как-то. Давай подготовимся, продумаем всё, а потом расскажем. Идёт?

Михаил молчал, обдумывая его слова.

— А если я уволюсь? — спросил он наконец.

— Пожалуйста, — развёл руками Владимир Александрович. — Мне жаль будет, но если решил — увольняйся. Только подумай, на что содержать жену и ребёнка будешь. Я тебе неплохую зарплату плачу, между прочим. В такси пойдёшь? А вдруг Ксения сама всё узнает раньше времени?

— Но как?

— Проверять, что ли, будет, какая у тебя должность? В Лидер Консалт ты работаешь — и ладно. Не дрейфь, прорвёмся.

Михаил вышел из кабинета, вспомнив, что ему ещё нужно купить кольцо и цветы. Спустившись на парковку, он поехал в ювелирный.

Кажется, у Артёма фамилия Соболев, — всплыло откуда-то из глубины памяти. — Надо же, какое совпадение.

Ксения оглядывала приёмную, когда из кабинета вышла секретарь.

— Проходите, — кивнула она, придерживая дверь.

Девушка легко поднялась и вошла внутрь. Навстречу ей из-за стола поднялся лысоватый мужчина лет пятидесяти с небольшим.

— Владимир Александрович, — представился он. — Присаживайтесь, пожалуйста.

— Спасибо, — Ксения опустилась в кресло. — Я, собственно, к мужу пришла. К Михаилу Соболеву. Это ведь его компания?

Хозяин кабинета смущённо улыбнулся, потёр руки и произнёс:

— Позвольте, я всё объясню. Как я уже сказал, меня зовут Соболев Владимир Александрович. Вам это имя ни о чём не говорит?

— Нет, — покачала головой Ксения. — Мы не знакомы.

— Вы со мной — нет. А я о вас кое-что знаю. Я отец Артёма.

Ксения моргнула, думая, что ослышалась.

— Какого Артёма? — переспросила машинально и тут же поняла: — Ах, Артёма...

— Не ожидали? — Владимир Александрович развёл руками. — Честно говоря, я тоже не ждал вашего визита. Чаю?

— Нет, спасибо. — Ксения собралась. — Вы не подскажете, где мой муж?

— Конечно. Михаил сейчас по моей просьбе поехал в аэропорт встречать партнёра по бизнесу. Скоро вернётся. Можете подождать здесь.

— По вашей просьбе? — эхом отозвалась Ксения, пытаясь сложить пазл.

— Да. Об этом я и хотел с вами поговорить.

Михаил, после возвращения зайдите к Владимиру Александровичу, — раздался голос из динамика.

— Да, Марина, понял, спасибо, — ответил он, отключая громкую связь.

Высадив приезжего у гостиницы, Михаил направился в офис. У ресепшена его встретила секретарша.

— Что случилось? — спросил он настороженно.

— Ну как вам сказать... — она пожала плечами. — Жена ваша пришла.

— Ксения? — ахнул Михаил. — Где она?

— У Владимира Александровича в кабинете.

— Час от часу не легче, — пробормотал он и быстрым шагом направился к начальству.

— То есть вы предлагаете мне сделать тест на отцовство? — переспросила Ксения, выслушав долгий и путаный рассказ бизнесмена. — Чтобы определить, кто отец ребёнка? Я правильно поняла?

— Совершенно верно.

— Но зачем? — она нахмурилась. — Ну, допустим, узнаем мы, что отец не мой муж-водитель, как вы говорите, а ваш сын. И что дальше?

— Как вам сказать... — Владимир Александрович развёл руками. — Решать, конечно, вам. Можете, например, развестись с Михаилом. Артём на вас не женится, но я заставлю его усыновить малыша. Вы будете получать от сына всё положенное по закону и даже немного сверху.

— А вам-то это зачем? — Ксения прищурилась. — Вы меня купить пытаетесь?

— Что вы, как можно! — всплеснул руками бизнесмен. — Просто ваш малыш — мой внук. Наш с женой внук или внучка. Пол не важен. Если Артём будет считаться отцом...

— Если окажется, что он отец, — поправила Ксения.

— Да, если окажется. То мы всей семьёй будем вам помогать. Ни в чём нужды знать не будете. Если разведётесь с Михаилом, разумеется. Вы же девушка разумная, всё взвесите и примете правильное решение.

— Правильное? — Ксения поднялась с кресла. — Это какое же? Вы рассчитываете, что, узнав про отца, я тут же подам на развод и с радостью приму ваши подачки? Предлагаете мне роль матери-одиночки вместо нормальной семьи? Я правильно поняла?

— Я бы не выражался так прямо, но по сути — да. Поймите, мы не можем поддерживать внука, если его мать замужем за посторонним мужчиной.

— Не знаю, кого вы считаете посторонним, — голос Ксении зазвенел. — Михаил — мой муж. И я не собираюсь с ним разводиться только потому, что вам показалось, будто мой ребёнок имеет отношение к вашей семье. Даже не подумаю!

В этот момент дверь приоткрылась, и в кабинет заглянул Михаил.

— Владимир Александрович... Ксения...

— А, Миша, заходи, — поманил его начальник. — Мы тут как раз обсуждаем нашу дальнейшую жизнь.

— Не вашу, а нашу, — резко поправила Ксения, вставая. — И мне кажется, мы уже всё обсудили. Мой ответ — нет.

— В смысле нет? — опешил Владимир Александрович.

Михаил переводил взгляд с жены на шефа, ничего не понимая.

— Понимаешь, Миша, — Ксения повернулась к нему, — твой начальник, да, я теперь знаю, что ты не владелец Лидер Консалта, а водитель, предложил мне сделать тест на отцовство. И даже намекнул, что хорошо бы мне с тобой развестись, если ребёнок окажется не твоим.

— Владимир Александрович, — Михаил покачал головой, — зачем? Видите, она всё не так поняла. Мы же договаривались, что я потом сам объясню.

— А я даже рада, что так вышло, — перебила Ксения. — Хотела сделать тебе сюрприз, приехать на работу, а тут... столько всего свалилось. Поехали домой, Миш.

— Конечно, — он шагнул к ней. — Поехали.

Обернувшись на пороге, Михаил многозначительно взглянул на начальника и, не дожидаясь его реакции, вышел, уводя жену.

Вскоре после той сцены в кабинете Михаил всё же уволился из Лидер Консалта. Слишком уж неприятный осадок оставил разговор с Владимиром Александровичем, да и работа под началом человека, который предлагал его жене развестись, стала невозможной. Некоторое время они с Ксенией жили на сбережения, а потом он устроился в такси — благо водительский опыт позволял. Ксения его решение поддержала: статус для неё давно уже не имел значения, главное, что они вместе.

Двери родильного отделения распахнулись, выпуская уставшую, но сияющую Ксению. За ней вышла медсестра с аккуратным свёртком в руках.

— Держите, папаша! — женщина протянула кульком Михаилу.

Тот неловко принял ношу, заглядывая внутрь.

— Познакомься, это Илья, — Ксения откинула уголок конверта. — Твой сын. А это, малыш, твой папа Миша.

— Ой, какой красивый! — восхитился Михаил. — На тебя похож!

— А то, — улыбнулась Ксения, выходя на крыльцо. — Я смотрю, ты машину поменял?

Неподалёку мигала сигнализацией жёлтая машина такси с голубыми ленточками на капоте.

— Не только машину, — Михаил достал из-под куртки бейджик на шее. — Вот, водитель класса Комфорт Плюс.

— Я думаю, ты тянешь не только на Комфорт, но и на Бизнес, — Ксения потрепала его по голове.

— Постараюсь оправдать ожидания, — рассмеялся он и понёс сына к машине.

Счастливая Ксения направилась следом за своими мужчинами.